РЕМЕДИУМРЕМЕДИУМ1561-59362658-3534Joint-Stock Company Chicot145310.32687/1561-5936-2022-26-3-240-245Review articleИзменения показателей индекса массы тела среди студенческой молодёжи разных стран до и во время пандемии COVID-19МингазовР. Н.mrn85@mail.ruГуреевС. А.-ТлиашиновА. О.-МингазоваЭ. Н.-Национальный научно-исследовательский институт общественного здоровья имени Н. А. СемашкоИнститут социальной инженерии Российского государственного университета имени А. Н. КосыгинаРоссийский национальный исследовательский медицинский университет имени Н. И. ПироговаКазанский государственный медицинский университет1512202226324024521092022Copyright © 2022, АО "Шико"2022Официальное объявление ВОЗ глобальной пандемией COVID-19 в 2020 г. привело по всему миру к различным ограничительным мерам с целью предотвращения быстрого распространения вируса. Во многих странах было принято решение о закрытии для посещения учебных заведений (школ, лицеев, колледжей, университетов) и переходе на дистанционное обучение, что способствовало отклонению от устоявшегося образа жизни обучающихся, в том числе к особенностям в пищевом поведении и, следовательно, к возможному изменению их весовых показателей. Доказано, что полноценное, сбалансированное питание и систематические физические упражнения позволяют укрепить организм человека в борьбе с неблагоприятными факторами, включая инфекционные. Однако малоподвижный образ жизни, беспокойство, стресс, вызванные социальной изоляцией, приводят к изменениям в образе жизни, в частности к перееданию.В статье представлены сведения об особенностях питания, уровне физической активности, тревожности и стресса с учётом культурно-этнических и гендерных особенностей студенческой молодёжи разных стран в условиях пандемии COVID-19.studentsyouthweightnutritioneating behaviorlifestylerisk factorsстудентымолодёжьвеспитаниепищевое поведениеобраз жизнифакторы рискаПандемия COVID-19 привела к политике социальной изоляции и, как следствие, к значительным изменениям образа жизни людей во всем мире. Анализ онлайн-опроса 10 121 человек из 67 стран во время первой волны изоляции в пандемию COVID-19 показал значительное увеличение индекса массы тела (ИМТ) у взрослого населения. Наряду с этим были выявлены прямые взаимосвязи между показателями ИМТ молодых людей 18-35 лет и их физической активностью [1]. Во время пандемии COVID-19 молодёжь больше времени проводила вдали от структурированной образовательной среды, для образа жизни студентов стали характерными стресс, нерегулярный приём пищи, ограниченный доступ к полноценному питанию, увеличение времени нахождения перед монитором и меньшие возможности для физической активности [2-4]. Семьи, которые уже до пандемии были затронуты факторами риска ожирения, столкнулись с дополнительными проблемами в финансовых доходах и питании, а также с ограничениями других социальных детерминант здоровья. Анализ результатов пяти перекрёстных исследований среди студентов университетов (n = 8981) показал, что в 2009-2021 гг. на фоне роста расстройств пищевого поведения в пандемию COVID-19 неуклонно росло ожирение как среди юношей, так и среди девушек [2, 3]. Исследование о влиянии пандемии COVID-19 на вес, физическую активность и пищевое поведение студентов высших учебных заведений Марокко выявило избыточный вес или ожирение у более чем четверти студентов. При этом большинство студентов страдали расстройствами питания, только одна треть была умеренно физически активна, и большинство студентов подвергались риску стресса. Многофакторный анализ показал, что стресс способствует риску увеличения веса в 2,4 раза, а низкая физическая активность увеличивает уровень риска до 1,9 раза. Изоляция способствовало увеличению веса у тех студентов, которые и до пандемии вели малоподвижный образ жизни и имели нездоровое пищевое поведение [4]. Проспективное когортное исследование изменений ИМТ, физической активности и образа жизни студентов Саудовской Аравии до и во время пандемии COVID-19 показало увеличение веса у 32% студентов; 22% студентов похудели, а 46% сохранили тот же вес во время изоляции при пандемии COVID-19. Почти у всех значительно снизилась физическая активность и увеличился малоподвижный образ жизни [5]. Анализ снижения физической активности и интенсивности физической активности среди студентов университетов Малайзии и Индонезии во время пандемии COVID-19 показал, что большинство студентов (79,6% малазийцев и 77,6% индонезийцев) были физически активны во время изоляции. Не было существенной разницы в продолжительности активности высокой интенсивности и активности умеренной интенсивности среди исследуемых контингентов. В целом была обнаружена слабая обратная корреляция между продолжительностью занятий высокой интенсивности и изменением веса среди малазийских студентов. В целом закрытие учебных заведений и тренажёрных залов помешало в период домашней изоляции, по мнению студентов, соблюдать рекомендации ВОЗ относительно физической активности от умеренной до высокой [6]. Сравнительный анализ веса физически активных студентов мужского пола в возрасте 19,3 ± 0,67 года до и во время пандемии COVID-19 показал увеличение ИМТ на 1,8 кг/м² уже после почти одного года дистанционного обучения. По результатам двухлетнего наблюдения доля молодых людей с проблемами веса среди студентов значительно увеличилась с 19,3 до 33%, что говорит о серьёзном нарушении энергетического баланса между потреблением пищи и физической активностью в условиях пандемии [7]. Ретроспективное когортное исследование обучающейся молодёжи, проведённое в США до пандемии (март 2019 г. - январь 2020 г.) и во время пандемии (март 2020 г. - январь 2021 г.), показало, что перед пандемией 38,9% молодых людей в когорте имели избыточный вес или страдали ожирением. Когорта (n = 191 509) была расово и этнически разнообразной (10,4% выходцев из Азии и островов Тихого океана, 50,4% латиноамериканцев, 7,0% нелатиноамериканских чернокожих и 25,3% белых неиспаноязычных). В целом обучающиеся прибавили в весе больше во время пандемии COVID-19, чем до пандемии. Наибольшее изменение медианного значения ИМТ произошло среди молодёжи в возрасте 16-17 лет и старше (на 0,48). С поправкой на рост это означает, что средний прирост веса среди молодых людей в возрасте 16-17 лет был на 1,03 кг. Абсолютное увеличение избыточной массы тела или ожирения составило 3,1% среди лиц в возрасте 16-17 лет [8]. Изучение влияния карантина из-за COVID-19 на массу тела ливанских студентов в связи с изменениями физической активности обнаружило увеличение массы тела у 27% студентов и увеличение количества студентов с избыточным весом/ожирением на 5,2%. В целом отмечено достоверное небольшое увеличение массы тела студентов, связанное со значительным изменением статуса питания. У студентов, которые сократили частоту тренировок из-за изоляции, вероятность увеличения массы тела была в 3 раза выше, чем у тех, кто оставался физически активным [9]. В китайском исследовании также дан сравнительный анализ веса молодых людей в связи с образом жизни до и после изоляции при пандемии COVID-19. В данном исследовании, первом в Китае на основе большой национальной выборки, было рассмотрено воздействие пандемии COVID-19 на изменение образа жизни 10 082 участников - учащихся средних школ, колледжей и аспирантов в возрасте 19,8 ± 2,3 года. Средний ИМТ у молодёжи значительно увеличился - с 21,8 до 22,1 кг/м2, при этом распространённость избыточного веса и ожирения увеличилась с 21,4 до 24,6% и с 10,5 до 12,6% соответственно. Кроме того, отмечено значительное снижение частоты использования велосипедного транспорта, работы по дому средней/высокой интенсивности, физической активности умеренной/высокой интенсивности в свободное время и ходьбы в свободное время. Наблюдалось значительное увеличение малоподвижного образа жизни в рабочие и выходные дни, среднего времени сна в рабочие и выходные дни и общего объёма времени, проведённого перед монитором [10]. Ретроспективное обсервационное исследование изменений веса китайских студентов (n = 128 894; 17-27 лет; 80,2% - женщины) во время пандемии COVID-19 дополняет результаты вышеупомянутого исследования данными в зависимости от гендерной принадлежности. Так, средние изменения массы тела составили 2,6 кг у мужчин и 2,1 кг у женщин. Наблюдалось увеличение числа мужчин с избыточным весом на 4,5% и ожирением на 2,7% и женщин - 4,8 и 3,4% в соответствии с азиатскими пороговыми значениями в демографическом процентном соотношении. Прибавка веса у обоих полов была в значительной степени связана с увеличением времени сидячего образа жизни и увеличением показателей стресса и депрессии, связанных с COVID-19 [11]. Поперечное исследование связи между стрессом и ожирением у студенток во время пандемии COVID-19 в медицинских колледжах университета выявило такие основные причины стресса, как академические, финансовые или экономические, личные взаимоотношения, проблемы в области будущего карьерного роста. Также выявлена статистически значимая связь ИМТ студенток преимущественно с возрастом и семейным положением [12]. Исследование изменений в физической активности студентов испанских университетов (n = 13 754) до и во время пандемии COVID-19 выявило, что студентки адаптировались лучше к изменениям в физической активности в условиях изоляции. Во время пандемии студенты вузов обоих полов снизили умеренную (-29,5%) и активную (-18,3%) физическую активность и увеличили сидячий образ жизни (+52,7%). При этом студенты стали тратить больше времени на высокоинтенсивные интервальные тренировки (+18,2%) и работу над телом (например, йогу) (+80,0%). Результаты исследования подчеркивают необходимость разработки стратегий, направленных на поощрение физической активности и снижение малоподвижного образа жизни в периоды самоизоляции с учётом гендерных характеристик [13]. Ожирение, особенно в детском и подростковом возрасте, является одной из серьёзных проблем общественного здравоохранения. По данным Всемирной организации здравоохранения, 10% молодых людей в возрасте 5-17 лет страдают ожирением, которое быстро увеличивается во всём мире. Примерно у 80% подростков, страдающих ожирением, во взрослом возрасте возникают проблемы со здоровьем, связанные с массой тела. Изменения в составе тела в подростковом возрасте в период, когда начинают формироваться вторичные половые признаки, могут изменить гормональный и метаболический статус и, следовательно, повлиять на состояние здоровья и риск развития хронических заболеваний во взрослом возрасте. Кроме того, они могут повлиять на вероятный состав тела. и метаболический статус в следующем поколении. Пищевые привычки и образ жизни играют важную роль в формировании состава тела и метаболического статуса [14]. Сравнительный анализ ИМТ в когорте из 432 302 американцев в возрасте 2-19 лет до (01.01.2018-29.02.2020) и во время пандемии COVID-19 (01.03.2020-30.11.2020) показал, что скорость увеличения ИМТ во время пандемии увеличилась примерно вдвое с 0,052 кг/м2 в месяц, по сравнению с допандемическим периодом. У лиц с избыточной массой тела или ожирением в период до пандемии наблюдались значительно более высокие темпы увеличения ИМТ в период пандемии, чем у лиц со здоровым весом [15]. Пандемия COVID-19 сказалась на поведении людей при покупке/заказе продуктов питания, выборе блюд и рациона питания, что оказало существенное влияние на весовые показатели молодёжи. Перекрёстное исследование изменений рациона молодёжи (n = 1045) из Малайзии показало прибавку в весе почти у половины респондентов (48,8%) со средним приростом 4,06 ± 3,23 кг. Отмечено, что во время пандемии 41,0-66,8% молодых людей изменили свой рацион питания. Увеличение потребления злаков и зерновых, масел и жиров было положительно связано с набором веса. Однако в данной когорте 45,3% студентов Малайзии сообщили, что во время пандемии потребляли больше овощей и фруктов, а 60,2% потребляли больше простой воды, что отрицательно связано с увеличением веса [6]. Исследование, направленное на выявление изменений в пищевых привычках и образе жизни испанских студентов, выявило, что 51% опрошенных указали на изменение собственного веса в период карантина. При этом 52,4% студентов стали практиковать больше перекусов. Среди наиболее потребляемых студентами продуктов питания во время карантина в пандемию COVID-19 были крахмалы, кофе, молочные продукты и птица, наименее потребляемыми продуктами питания были энергетические и безалкогольные напитки, а также рыба. Значительное число студентов прибавку в весе связывали с употреблением красного мяса и яиц, а также с повышенным беспокойством, частой скукой. При этом потеря веса ассоциировалась с опасениями по поводу увеличения веса, изменением количества пищи, изменениями аппетита и увеличением потребления овощей [16]. Перекрёстное эпидемиологическое исследование, проведённое среди турецких студентов-медиков, показало увеличение ИМТ студентов, независимо от гендерной принадлежности. Факторами риска увеличения ИМТ в пандемию были изменения пищевых привычек студентов, сопровождаемые нарушениями режима сна и снижением физической активности. Следует отметить, что в пандемию количество студентов-медиков, имеющих здоровые пищевые привычки, увеличилось на 18,8% при уменьшении числа студентов с нездоровыми пищевыми привычками на 3,2%. Примерно 63% студентов сообщили о снижении физической активности, 33,6% - об ухудшении качества сна, а 38,6% - об улучшении качества сна [17]. Анализ влияния пандемии COVID-19 на образ жизни студентов университетов Канады подтверждает кластеризацию распространения неполноценного питания, потребления алкоголя, низкой физической активности и малоподвижного образа жизни [18, 19]. Исследование статуса ИМТ в связи с уровнем знаний в области питания студентов индийских колледжей не обнаружило значимой связи и корреляции между ними в пандемию COVID-19. Результаты оценки уровня знаний в области питания показали, что примерно 54,8% студентов имели средние знания, 35,7% - адекватные знания и только 9,6% - недостаточные знания. ИМТ показал, что 58,5% студентов имели избыточные его значения. Большинство студентов имели средний уровень знаний в области питания и избыточную массу тела [20]. Ввиду известного влияния уровня тревожности на ИМТ проведено исследование ИМТ студентов, подтвердившее обратную взаимосвязь: снижение ИМТ достоверно связано с повышенным уровнем тревожности и наоборот [21]. Субъективное восприятие массы тела во время пандемии COVID-19 часто не совпадает с наблюдаемыми изменениями, может отражать когнитивные искажения и увеличивать риск расстройств пищевого поведения у молодых людей [22]. Стресс, связанный с изоляцией во время пандемии COVID-19, приводил с большей вероятностью к перееданию и ограничениям в питании, что отражалось в изменениях ИМТ. Переедание и ограничения (в прошлом и в намерениях) связаны с такими факторами, как женский пол, низкая импульсивная регуляция, высокая неудовлетворённость телом и наличие сопутствующего вероятного расстройства пищевого поведения. Выявлена связь между уровнем стресса в первые недели изоляции и риском развития проблемного пищевого поведения среди студентов, особенно среди тех, для которых характерна тревожность, связанная с едой. Скрининг факторов риска и проведение целенаправленных вмешательств могут помочь уменьшить проблемное пищевое поведение среди наиболее уязвимых групп [23]. Обзор 153 рандомизированных клинических исследований на материале стран с высоким уровнем дохода, таких как США и страны Европы, а также стран со средним уровнем дохода (Бразилия, Эквадор, Египет, Ливан, Мексика, Таиланд и Турция) показал, что стратегии изменения рационов питания и физической активности, применяемые молодыми людьми в возрасте 13-18 лет, не привели к успешному снижению показателей избыточного веса [24]. Необходимы дальнейшие крупномасштабные исследования, посвящённые более глубокому изучению показателей ИМТ, психологического состояния и образа жизни студентов. Трансформация знаний о питании в практику и информированность студентов по вопросам поддержания веса, физической активности и здорового образа жизни помогут в разработке и реализации политики здорового образа жизни в будущем. Усилия по профилактике и лечению ожирения во время и после пандемии COVID-19 должны включать скрининг ИМТ, анализ продовольственной безопасности и социальных детерминант здоровья, расширение доступа к научно обоснованным программам контроля веса. Требуются дальнейшие исследования в области мониторинга увеличения веса во время изоляции, долгосрочных последствий лишнего веса и ожирения для здоровья, разработки государственных, общественных программ содействия здоровому питанию и физической активности среди студенческой молодёжи.1.Urzeala C., Duclos M., Chris Ugbolue U. et al. COVID-19 lockdown consequences on body mass index and perceived fragility related to physical activity: A worldwide cohort study // Health Expect. 2022. Vol. 25, N 2. P. 522-531. DOI: 10.1111/hex.132822.Ruotolo I., Berardi A., Sellitto G. et al. Criterion validity and reliability of SF-12 Health Survey Version 2 (SF-12v2) in a student population during COVID-19 pandemic: a cross-sectional study // Depress Res Treat. 2021. Vol. 2021. P. 6624378. DOI: 10.1155/2021/66243783.Tavolacci M.-P., Ladner J., Déchelotte P. Sharp increase in eating disorders among university students since the COVID-19 pandemic // Nutrients. 2021. Vol. 13, N 10. P. 3415. DOI: 10.3390/nu131034154.Boukrim M., Obtel M., Kasouati J. et al. COVID-19 and confinement: effect on weight load, physical activity and eating behavior of higher education students in Southern Morocco // Ann. Glob. Health. 2021. Vol. 87, N 1. P. 7. doi: 10.5334/aogh.31445.Jalal S. M., Beth M., Al-Hassan H., Alshealah N. Body mass index, practice of physical activity and lifestyle of students during COVID-19 lockdown //j. Multidiscip. Healthc. 2021. Vol. 14. P. 1901-1910. DOI: 10.2147/jmdh.s3252696.Tan S. T., Tan C. X., Tan S. S. Physical activity, sedentary behavior, and weight status of university students during the COVID-19 lockdown: a cross-national comparative study // Int. J. Environ. Res. Public Health. 2021. Vol. 18, N 13. P. 7125. DOI: 10.3390/ijerph181371257.Pop C. L., Ciomag V. Impact of COVID-19 lockdown on body mass index in young adults // Physical Education of Students. 2021. Vol. 25, N 2. P. 98-102. DOI: 10.15561/20755279.2021.02048.Woolford S. J., Sidell M., Li X. et al. Changes in body mass index among children and adolescents during the COVID-19 pandemic // JAMA. 2021. Vol. 326, N 14. P. 1434-1436. DOI: 10.1001/jama.2021.150369.El Zoghbi A., Milanovic I., Janic S.R et al. Effects of a three-month COVID-19 lockdown on body mass and nutritional status of Lebanese students who study physical education // Sustainability. 2022. Vol. 14, N 3. P. 1196. DOI: 10.3390/su1403119610.Jia P., Zhang L., Yu W. et al. Impact of COVID-19 lockdown on activity patterns and weight status among youths in China: the COVID-19 Impact on Lifestyle Change Survey (COINLICS) // Int. J. Obes. 2021. Vol. 45, N 3. P. 695-699. DOI: 10.1038/s41366-020-00710-411.Dun Y., Ripley-Gonzalez J. W., Zhou N. et al. Weight gain in Chinese youth during a 4-month COVID-19 lockdown: a retrospective observational study // BMJ Open. 2021. Vol. 11, N 7. P. e052451. DOI: 10.1136/bmjopen-2021-05245112.Qalawa S. A. A. Association between stress and obesity among female student during COVID 19 pandemic at Health Colleges in Qassim University // Saudi J. Nurs. Health Care. 2022. Vol. 5, N 2. P. 12-22. DOI: 10.36348/sjnhc.2022.v05i02.00113.Rodríguez-Larrad A., Mañas A., Labayen I. et al. Impact of COVID-19 confinement on physical activity and sedentary behaviour in Spanish university students: role of gender // Int. J. Environ. Res. Public Health. 2021. Vol. 18, N 2. P. 369. DOI: 10.3390/ijerph1802036914.Kim O. Y., Kim E. M., Chung S. Impacts of dietary macronutrient pattern on adolescent body composition and metabolic risk: current and future health status - a narrative review // Nutrients. 2020. Vol. 12, N 12. P. 3722. DOI: 10.3390/nu1212372215.Lange S. J., Kompaniyets L., Freedman D. S. et al. Longitudinal trends in body mass index before and during the COVID-19 pandemic among persons aged 2-19 years - United States, 2018-2020 // MMWR Morb. Mortal Wkly Rep. 2021. Vol. 70, N 37. P. 1278-1283. DOI: 10.15585/mmwr.mm7037a316.Celorio-Sardà R., Comas-Basté O., Latorre-Moratalla M. L. et al. Effect of COVID-19 lockdown on dietary habits and lifestyle of food science students and professionals from Spain // Nutrients. 2021. Vol. 13, N 5. P. 1494. DOI: 10.3390/nu1305149417.Bosi Bağcı T., Kanadıkırık A., Somyürek E. et al. Impact of COVID-19 on eating habits, sleeping behaviour and physical activity status of final-year medical students in Ankara, Turkey // Public Health Nutrition. 2021. Vol. 24, N 18. P. 6369-6376. DOI: 10.1017/S136898002100390618.Bertrand L., Shaw K. A., Ko J. et al. The impact of the coronavirus disease 2019 (COVID-19) pandemic on university students' dietary intake, physical activity, and sedentary behavior // Appl. Physiol. Nutr. Metab. 2021. Vol. 46, N 3. P. 265-272. DOI: 10.1139/apnm-2020-099019.Cofré S., Pérez V., Giuras N. et al. Cross-cultural adaptation and validation of a questionnaire on eating habits and physical activity of university students in confinement due to COVID-19 // Public Health Nutr. 2022. P. 1-7. DOI: 10.1017/S136898002200080520.Selvi K. S., Kanniammal C., Jayabharathi B., Lakshmi E. Nutritional awareness and weight status of nursing college students during COVID 19 lockdown //j. Pharm. Res.Int. 2021. Vol. 33, N 43A. P. 381-388. DOI: 10.9734/jpri/2021/v33i43A3250121.Tantawy S., Karamat N. I., et al. Exploring the relationship between body mass index and anxiety status among Ahlia University Students // Macedonian J. Med. Sci. 2020. Vol. 8B. P. 20-25. DOI: 10.3889/oamjms.2020.322622.Keel P. K., Gomez M. M., Harris L. et al. Gaining "The Quarantine 15:" Perceived versus observed weight changes in college students in the wake of COVID-19 // Int. J. Eat Disord. 2020. Vol. 53, N 11. P. 1801-1808. DOI: 10.1002/eat.2337523.Flaudias V., Iceta S., Zerhouni O. et al. COVID-19 pandemic lockdown and problematic eating behaviors in a student population //j. Behav. Add. 2020. Vol. 9, N 3. P. 826-835. DOI: 10.1556/2006.2020.0005324.Brown T., Moore T. H.M., Hooper L. et al.Interventions for preventing obesity in children // Cochrane Database Syst. Rev. 2019. Vol. 7. Art. CD001871. DOI: 10.1002/14651858.cd001871